Эмма Кинас 0 134

В тени кулис. Какие тонкости скрывает театральная кухня

Сценография (художественное оформление спектакля) не менее важна для успеха постановки, чем работа режиссёра или игра актёров.

Любой выпуск спектакля - адский труд.
Любой выпуск спектакля - адский труд. © / Леся Беспальчая / Из личного архива

Камчатцы любят свой театр. Билеты на премьеры всегда раскупают заранее, да и спектакли прошлых лет успешно собирают благодарную публику. Актёры и актрисы в нашем городе – популярные персоны, постановки приглашённых режиссёров неизменно вызывают интерес.

Сценография (художественное оформление спектакля) не менее важна для успеха постановки, чем работа режиссёра или игра актёров. Главный художник Камчатского театра драмы и комедии Леся Беспальчая в профессии уже больше 40 лет. За свою богатую творческую жизнь она оформила около 200 спектаклей.

Ручная работа

Эмма Кинас, kamchatka.aif.ru: Леся Владимировна, вы создаете всё оформление спектакля?

Леся Беспальчая: Я делала и сценографию, и костюмы для всех спектаклей до конца 1990-х. Потом у нас появилась художник по костюмам Людмила Федоренко, костюмами я стала заниматься реже. А последние лет пять в театре работают приглашённые режиссёры, которые часто приезжают со своими художниками. Так что я оформляю много спектаклей, но не все.

Из репертуара последних лет костюмы и сценографию я делала для комедий «Жизнь прекрасна» по Чехову, «Бизнес по-итальянски», «Безумный день, или Женитьба Фигаро». А в «Тимоне Афинском» делала только костюмы, но их там более ста.

- Ваши сценографические решения называют свежими, неординарными, удивительными, а вас – непревзойдённым мастером. Откуда приходят образы?

- Думаю, ни один художник этого не знает. Если бы на этот вопрос можно было бы ответить, генерировать образы давно доверили бы компьютеру. Но пока никакой компьютер художника не заменил. И я предпочитаю работать руками – делаю макеты, наброски, изменяю их много раз. Всё можно двигать, все детали живые, наглядные, ощутимые. А театр всё-таки в основном воздействует на эмоции, на чувства, на интуицию людей. На ум – уже потом.

- Оставляют ли режиссеры художнику место для творчества?

- Режиссёры все очень разные. В моей практике их было больше шестидесяти. Одним я полностью всё придумывала, и они со всем соглашались. С другими мы беседовали, обсуждали варианты, если что-то не устраивало, я предлагала новые. Но есть режиссёры-диктаторы. С такими работать неинтересно. Творчество, конечно, всегда остаётся творчеством, но в этом случае оно большой радости не приносит. К счастью, диктаторов в моей практике было всего три-четыре.

А из режиссеров-сотрудников назову Валентина Зверовщикова (работал в театре режиссёром с 1981 года, в 2002-2010 был художественным руководителем – прим. авт.). Мы с ним в таком взаимопонимании и в такой дружбе работали, что мне было очень грустно, когда это закончилось. В 2014 году Валентина Васильевича пригласили в Иваново для постановки спектакля «Баллады Инвалидной улицы», и я с радостью отозвалась на предложение сделать для него сценографию. Надеюсь, это не последняя наша совместная работа.

Леся Беспальчая оформила около 200 спектаклей.
Леся Беспальчая оформила около 200 спектаклей. Фото: Из личного архива/ Леся Беспальчая

Скромные реалии

- Художник-постановщик, в отличие от живописца, творит не на плоскости, а в трёхмерном пространстве и кроме красок использует множество технических приспособлений. Следите ли за новинками театрально-постановочной техники?

- Я в этой области знаю достаточно много, но сейчас, когда многое в сценографии завязано на трансформации, полётах, на сложных инженерных конструкциях, появилась отдельная профессия – технолог сцены. Вместе со сценографом он трудится над спектаклями. Эти дефицитные специалисты оседают в Москве, Санкт-Петербурге и в театрах крупных городов, где есть возможности исполнить их современные решения.

А наши сценографические приёмы продиктованы реалиями Петропавловска-Камчатского, где многие вещи попросту негде изготовить. Поэтому я не придумываю того, что у нас нельзя сделать.

В нашем распоряжении штанкетное хозяйство, круг, люки, две так называемые дороги, по которым элементы декорации могут двигаться справа налево, и очень маленький штат. Три декоратора, они же бутафоры, и всего два человека в столярном цехе.

Художники рисуют, бутафоры лепят и клеят, в столярке делают мебель и прочий реквизит, металлические конструкции мы заказываем на стороне. Для этого нужны чертежи – их я тоже делаю, правда, не технологические, а габаритные. За чертежами появляются макеты. Все крупные вещи должны быть разборными и весить как можно меньше – это важно для хранения, для поездок на гастроли, поэтому я всегда продумываю: на какие секции будет разбираться, как крепиться и т.д.

Создание декораций - творческий и долгий процесс.
Создание декораций - творческий и долгий процесс. Фото: Из личного архива/ Леся Беспальчая

Не всё легко и просто

- Но всё это – наша театральная кухня, и её тонкости не заметны на сцене. Например, зритель смотрит спектакль «Брат Чичиков» и видит – почти никаких декораций нет! А для нас он был сложным, потому что используются металлические наклонные столбы, и надо было продумать конструкцию, чтобы они не упали, рассчитать вес. Громадная десятиметровая стена в «Клятвенных девах» тоже требовала точного расчёта. А кажется: там всё легко и просто.

«Безумный день, или Женитьба Фигаро», наоборот, может показаться очень сложным. Там много всего: гобелены опускаются, круг крутится, беседки, скульптуры, всё меняется. Но в техническом отношении – ничего сложного. Хотя изготовление всего этого потребовало огромного труда. Один из элементов сценографии спектакля – шесть гобеленов с пасторальными картинами, с ними перекликаются расписанные масляными красками костюмы, которые персонажи надевают на свадьбу.

Сейчас в художественном цехе рисуют декорации к новогодней сказке «Легенда о красавице и чудовище». В ней много трансформаций и, соответственно, работы. В больших городах задники уже чаще печатают, чем рисуют, а у нас печатают только на клеёнке, которая сильно бликует и не приемлема в театре. Поэтому наши руки незаменимы.

- Трудно вписаться в бюджет спектакля?

- Заранее бюджет не определяем. Может, уложимся в 300 тысяч рублей, а может, не хватит миллиона. Мы стараемся экономить деньги, но кроме сценографии и костюмов есть и другие расходы. И вплоть до премьеры идёт процесс придумывания спектакля, возникает что-то новое, бывают мелочи, которые надо покупать или изготавливать.

А впечатление, которое спектакль производит на зрителя, может не совпадать с финансовыми затратами. Например, «Бизнес по-итальянски» по части сценографии – дешёвый, там использовано много элементов списанных декораций. С помощью цехов я их переделала, и в результате получилась достаточно нарядная сценография. Покупали мало, но труда вложили много.

Тонкости театральной кухни зачастую на сцене совсем не заметны.
Тонкости театральной кухни зачастую на сцене совсем не заметны. Фото: Из личного архива/ Леся Беспальчая

Критерий успеха

- Для творческой личности важно признание. А театральный художник, увы, часто остаётся в тени.

- Это так, особенно в провинции. До Камчатки у меня было около 50 спектаклей, больше 30 из них в Киеве. Там спектакли смотрят театроведы, и на каждый выходит масса рецензий, в которых до мелочей разбирают всё, включая работу художника. А у нас театроведов нет, о спектаклях почти не пишут – обычно очень кратко и непрофессионалы. И даже в театре не все понимают, что это за работа и чего стоит. Любой выпуск спектакля – это адский труд. Перед сдачей премьеры мои рабочие дни могут длиться и 16, и 18 часов. Но мне интересно заниматься своей работой. Я благодарю театр за то, что он даёт мне возможность придумывать, рисовать, создавать придуманное – это главная моя награда.

- Что же тогда служит для вас критерием успеха?

- Очень трудно понять – получилось или нет? Ведь каждый спектакль – это ребёнок, рождённый в муках. Понять это можно спустя время. Когда смотришь, и вместо: «Вот это можно было бы сделать так!» - думаешь: «А ведь получилось!». Бывает такое оформление, что его вроде и не видно, но я понимаю – у меня получилось. Как, например, в «Марьином поле» (в 2014 году спектакль стал лауреатом фестиваля «Сахалинская рампа» - прим. авт.).

- Вы успешно начали работать на Украине. Не жалеете, что остались на Камчатке?

- Камчатка сразу взяла меня в плен своей красотой. Уже 32 года я живу здесь, и не могу налюбоваться Авачинской бухтой – она всегда разная. При каждой возможности бываю на океане. Иногда ходим туда от Заозерного пешком маленькими компаниями, но больше всего люблю проходить этот путь одна. Бывает, до конца ноября хожу. Мне это надо. Так что Камчатка меня глубоко зацепила. Навсегда.

Каждый спектакль - ребёнок, рождённый в муках.
Каждый спектакль - ребёнок, рождённый в муках. Фото: Из личного архива/ Леся Беспальчая

Досье
Леся БЕСПАЛЬЧАЯ. Родилась и выросла в Киеве. Окончила в столице Украины театральную мастерскую живописного факультета художественного института. Первый спектакль оформила в 21 год, будучи студенткой 3-го курса. По окончании учёбы работала в театре юного зрителя, сотрудничала с академическими театрами Киева, Одессы, других городов. Лауреат Всесоюзного театрального фестиваля, посвящённого немецкой драматургии. Награждена бронзовой медалью ВДНХ СССР и серебряной медалью ВДНХ УССР за макет к спектаклю. В Камчатском театре драмы и комедии служит с 1985 года.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Имеет ли УК право распоряжаться стендами, установленными в подъездах?
  2. Какие правила должен знать ребёнок-пешеход?
  3. Каков график сдачи ЕГЭ в 2018 году?