Татьяна Боева 0 239

«Оптимисты болеют реже». Заслуженный онколог РФ — о том, как победить рак

«Нам давали возможность думать самим».
«Нам давали возможность думать самим». © / Из личного архива

В конце минувшего года звание «Заслуженный врач России» присудили камчатскому онкологу, заведующему хирургическим отделением Камчатского краевого онкологического диспансера Анатолию Блинову.

С опытнейшим врачом, более 40 лет отдавшим профессии хирурга-онколога, встретился корреспондент «АиФ-Камчатка».

Доверие с отдачей

Татьяна Боева, kamchatka.aif.ru: Анатолий Григорьевич, как вы оказались на Камчатке?

Анатолий Блинов: Я приехал в областную больницу по распределению после Благовещенского мединститута в 1973 году, в интернатуру. Окончил её в 1974-м, потом два года отработал на судах «Камчатрыбпрома» хирургом. И в 1976 году пришёл в онкологию. Учителя у меня были замечательные. В хирургии — заслуженный врач России Станислава Петровна Хомченко, в травматологии — Вячеслав Николаевич Славницкий. Плюс очень серьёзная врачебная школа советских времён.

– Почему выбрали онкологию?

– Вряд ли я смогу объяснить. Может, потому что онкология открывала большую хирургическую перспективу, здесь делался весь объём хирургических вмешательств, с головы до пят. И это очень привлекало в плане профессионального роста. А в медицинский я поступил после того, как год отработал каменщиком по окончании школы. Мама мне сказала: «Толя, иди учись на врача — всегда будешь уважаемым человеком!». Я сдал всё на пятёрки и прошёл. Изначально решил — буду хирургом, больше никем. Может быть, под влиянием художественных фильмов, которые тогда показывали о врачах.

Я работаю в камчатской онкологии уже 41-й год. Здесь тоже были прекрасные учителя: Владилен Никифорович Костылев, Зоя Афанасьевна Кологривова, другие хорошие люди и классные специалисты. На молодые мозги, знаете, как на губку, всё быстро ложится. Мы, начинающие врачи, впитывали знания и постепенно приобретали опыт.

Вначале мы работали и на приёме, и в хирургии. То есть сидели в поликлинике, смотрели всех больных, с любой подозрительной патологией. Тогда ещё у нас не было специализации по торакальной хирургии, это отделение открылось только в 1989 году.

Анатолий Григорьевич работает в камчатской онкологии 41-й год.
Анатолий Григорьевич работает в камчатской онкологии 41-й год. Фото: Из личного архива

Нам давали возможность самим думать и ставить диагноз, несмотря на молодость. Это очень важно, когда тебе доверяют — тогда и отдача есть! Зоя Афанасьевна Кологривова, главный врач, была в этом отношении очень мудрой. А когда десять раз перепроверяют, это просто отбивает желание работать.

Конечно, тогда не было таких точных методов исследования, как сейчас, в том числе эндоскопических — только рентгенологическая служба. Посмотрел больного, подумал, пошёл посоветоваться со специалистами, если необходимо. С рентгенологами поговорил, снимки обсудили. Поставили диагноз и готовим больного на операцию. То есть, сам принимаешь участие в диагностике и лечении больного, от истоков до исхода…

– В вашей практике того времени были случаи стопроцентного излечения онкологических больных, которых вы оперировали?

– Да они и сейчас ходят живые и здоровые! Многие уехали на материк, и по сей день звонят и с праздниками поздравляют. Например, в 1979 году я оперировал женщину по поводу рака груди, она уехала и сейчас живёт в Санкт-Петербурге. Звонила, поздравляла с Новым годом. Многие живы до сих пор. В 1989 году, когда переехали в новое здание онкодиспансера, объём операций увеличился, появилась специализация по торакальной хирургии, то есть патологии органов, расположенных в грудной клетке. Помню, прооперировал мужчину по поводу рака лёгкого — сейчас ему идёт девятый десяток, живёхонек и здоров, до сих пор периодически ходит к нам на проверку. Ну, а с 90-х годов уже очень много пролеченных больных, которые стоят у нас на учёте. Судите сами, какая у них продолжительность жизни.

Заслуженный врач России.
Заслуженный врач России. Фото: АиФ/ Татьяна Боева

Позитивный оптимизм

– СМИ пугают нас постоянным ростом онкологической статистики…

– Если честно, особого общего прироста я не наблюдаю. Только по отдельным локализациям. А вот структура заболеваемости действительно меняется по всей линейке онкопатологии. Например, в 2016 году было больше рака прямой кишки. Рака груди и предстательной железы стало больше. Вот эти три локализации подросли за последнее десятилетие.

– С чем это связано?

Справка
В 2016 г. во втором хирургическом отделении камчатского краевого онкологического диспансера пролечились 1 175 человек, выполнены 612 операций.
– Вопрос сложный. Скорее всего, это от самого человека зависит. Много соблазнов появилось, всё доступно: алкоголь, курение, наркотики. А эти факторы непосредственно влияют на заболевание и желудочно-кишечного тракта, и лёгких, и других органов. Иммунитет ведь снижается! У алкоголиков и печень, и почки страдают, и весь остальной организм. Любая, даже незначительная травма, может способствовать возникновению рака.

А возьмите структуру питания людей — насколько она изменилась по сравнению с советским временем? Мы ведь понятия не имели об экзотических фруктах и овощах, а сейчас к нам что только не везут, фальсификата море, контроль очень слабый. Что мы едим — неизвестно. И не факт, что там нет канцерогенов. Добавьте сюда хронический стресс, вредные экологические факторы…

Сейчас у людей много нарушений моторики кишечника, которые ведут к застою, возникновению трещин и травм, а на их месте — возникновению опухолей. Но уверенно скажу одно: оптимисты болеют значительно реже. Потому что сам по себе психологический компонент имеет громадное значение! Характер больного, темперамент влияет и на течение заболевания, и на процесс выздоровления: если человек настроен позитивно, он быстрее восстанавливается и выздоравливает. И у него, как правило, не бывает прогрессирования заболевания, как у депрессивных нытиков. Надо всегда настраиваться на выздоровление и относиться к раку, как к хроническому заболеванию, которое может периодически обостряться. И которое надо периодически лечить!

Многие живут десятки лет без рецидивов и метастазов, и обследуются лишь раз в год. Практически все локализации, если вовремя диагностировать и прооперировать, можно излечить.

Онкология открывала большую хирургическую перспективу.
Онкология открывала большую хирургическую перспективу. Фото: АиФ/ Татьяна Боева

– Как, на ваш взгляд, изменилось ли состояние нашей медицины за прошедшие годы?

– Изменилось отношение к людям. Прежде всего, врачей, медицинских работников. Раньше все мы не были обременены меркантильными соображениями. А сейчас нередко люди в белых халатах к больным относятся по-хамски. Посмотрите, какой поток жалоб идёт!

Быть человеком

– Кстати, о хамстве. По-вашему, правильно ли вели себя медики в нашумевшей истории с застрявшей на Циолковского скорой помощью?

– Я бы вышел и побежал к больному — пусть водители там препираются, почему скорая не может проехать. И клятва Гиппократа здесь не при чём. Человеком надо быть! А если заметено всё? Проходы не прочищены, проехать нельзя? Неужели врач не пойдёт на помощь к пациенту, не полезет через сугроб? Когда я приехал на Камчатку, пурги были — нынешним не чета. Жил в бараке на 4-м километре, за кинотеатром «Родина». Заметало его так, что мы вылезали наружу через форточку. О подъезде скорой вообще речи не было! Если только по центральным дорогам где-то проедет, а в остальные сопки врачи всегда ползли по сугробам. И никогда даже мысли не возникало, что можно не спешить помочь больному. Я сам подрабатывал на скорой, когда был студентом...

– Что посоветуете вашим пациентам?

– Быть оптимистом и ответственно относиться к своему здоровью! У нас ведь сейчас ещё одна беда: скоро на машине в туалет будем ездить! Даже в магазин сходить за сто метров кое-кто не хочет — садятся в машину и едут. Ходить нужно пешком! Двигаться, не сидеть! Это — профилактика любой сердечно-сосудистой патологии, ревматоидных состояний и хондрозов. Особенно зимой, когда у многих, кроме дивана и телевизора, другого отдыха нет.

– Сами-то двигаетесь?

– Да. Утром, правда, езжу на автобусе — темно и скользко. А с работы домой, километра три пешком хожу обязательно.

Досье
Анатолий БЛИНОВ. Родился 7 января 1949 года в г. Сковородино Амурской области. Окончил Благовещенский медицинский институт. На Камчатке — с 1973 года. Награждён благодарственными письмами трёх губернаторов Камчатки, грамотой Министерства здравоохранения России, знаком «Отличник здравоохранения», врач высшей категории, заслуженный врач России. Женат, есть сын.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Актуальные вопросы

  1. Как купить товар в Интернете, не став жертвой мошенников?
  2. Как избежать обморожения?
  3. Какие участки дорог на Камчатке самые аварийные?