Александр Терещенко 0 337

Река без лосося. Кто оставил рыбаков-любителей без уловов?

В камчатских реках исчезает рыба.

Река Большая, 90-е годы. Кижуч идёт.
Река Большая, 90-е годы. Кижуч идёт. © / Александр Терещенко / Из личного архива

На дворе поздняя осень. За городом зима уже вступила в свои права, укрыв землю первым снежком. Редкие неугомонные рыбаки-любители ещё решаются выезжать на речки в надежде поймать гольца или хариуса.

Пройдёт ноябрь, и можно собираться на зимнюю рыбалку. Круговорот замкнулся. А пока можно осмыслить уходящий рыболовный год на реке Большой в Усть-Большерецком районе.

Крохи с «барского стола»

Начнём с самого, пожалуй, популярного объекта лова – гольца. Ещё до начала открытия навигации, как только тронулся лёд, мы уже пытались ловить серебристого налитого красавца. В наших уловах, начиная с конца марта по майские праздники включительно, попадался в основном хариус, реже кунджа и микижа. Гольца в реке Большой практически на всём её протяжении (от п. Кавалерское до лимана) не было. Два пойманных гольца за весь сезон не в счёт. В лимане голец был, а в реке не было.

Не было его в реке и весной прошлого года. Причина, на мой взгляд, браконьерство по первой чистой воде сплавными сетями и отсутствие лососей на нерестилищах этого большого участка реки. Об этом нам рассказывал сам участник лова весеннего гольца сетями. Ловили его столько!.. В том числе и хариуса, и микижу, хозяева цехов даже отказывались принимать рыбу, сбивая цену. Это было три года назад, последствия сказываются и по настоящее время.

Если до «перестройки» и первых кооперативов середины 80-х годов гольца на Камчатке за рыбу не считали, то с приходом капитализма этот ресурс, впрочем, как и корюшка, превратился в «золотую рыбку», приносящую прибыль. Рыбакам-любителям остаются лишь крохи с «барского стола».

Чавыча, которую мы потеряли

После гольцовой рыбалки, если так можно выразиться, ждать начала июня – долгожданного открытия сезона на чавычу, остаётся всего ничего: три недели, которые чавычатник использует для опробования исправности работы катушек, изготовления самодельных блёсен – «вертушек». Те же, кто побогаче, может позволить себе покупку дорогостоящих блёсен и пополнить свой и без того роскошный набор разнокалиберными искусственными приманками. По этому поводу недаром говорят, что первым клюёт не рыба, а рыбак в магазине.

Как хорошо оказаться на берегу полноводной реки! Поставить палатку, заготовить впрок сушняка, которого достаточно, не торопясь настроить «стояки». В ожидании поклёвки наблюдать, как норка проверяет свои охотничьи угодья, или как рыжая лисица мышкует неподалёку в прибрежной тундре.

А если повезёт с ясной безветренной погодой, то полюбоваться поздним восходом полной луны, а ночью россыпью Млечного пути, приглушённого залитым лунным светом. Река и ночью с серебряными журчащими струями воды остаётся величавой и прекрасной.

Поймать первую чавычу, поклёвки которой случаются крайне редко, сварить ароматную вкусную уху и попотчевать ей товарищей по увлечению, разве это не радость?

За всё время, проведённое на реке, а это больше трёх недель, я поймал несколько чавыч небольших размеров. В 80-90 годы вес рыб достигал 13-20 килограммов. Представляете, какую рыбалку мы потеряли!

Вес чавычи достигал 20 килограммов.
Вес чавычи достигал 20 килограммов. Фото: Из личного архива/ Александр Терещенко

Чем был примечателен нынешний чавычёвый сезон? Очень высоким летним паводком и значительным сокращением браконьеров в дневное время. В прошлые же годы они постоянно сплавляли свои сети под носом у спиннингистов. Если и дальше будет действенная борьба с браконьерством,  то возможно и уловы рыбаков-любителей станут и больше, и весомее.

Кижуч не проходит

О лове летнего гольца и хариуса ничего сказать не могу, так как на этих рыбалках не был.

Первый же выезд на кижуча на Большую порадовал. Два дня 29 – 30 августа совпали с проходными днями. Кижуч клевал отлично. Все лицензии были погашены. А после этих удачных рыбалок началось…Куда только мы не ходили на моторной лодке в поисках. На всём протяжении Большой вплоть до лимана кижуча не было. А откуда ему было взяться, если на его пути десятки рыболовецких бригад, начиная от устья реки и на 40-километровом отрезке выше по течению, с завидным постоянством в течение всего светового дня тралят жаберными сетями! А в последующем случалось так, что и в проходные дни кижуч ловился плохо. Объяснялось это тем, что в штормовую погоду рыба в реку не заходила. 

Открыть глаза на отсутствие кижуча в реке помог случай. В начале сентября в финале краевых соревнований по его ловле на спиннинг, проводимого в рамках ежегодного фестиваля «Сохраним лососей вместе!», 41 спортсмен остался без поклёвок. Через десятки сплавных сетей сумели проскочить лишь несколько кижучей. Победителем стал участник, поймавший единственного кижучёнка весом 1340  граммов, за что был премирован моторной лодкой.

Даже по тому, что рыбаки-любители не могли поймать рыбу, можно судить об опустошении реки. Оказалось, что не только браконьеры виновны в опустошении, но и в большей степени рыбопромысловики своей неуёмной жадностью к наживе.

В день финала они игнорировали мероприятие краевого масштаба, каким является фестиваль, и продолжили рыбалку. Поясню, полуфинал проводился, когда река была свободна от сетей и 41-му участнику (всего 160 спортсменов), удалось пробиться в финал (достаточно было поймать одного кижуча).

15 сентября,  когда официально промысловый лов должен быть прекращён,  мы снова поехали на Большую. Но оказалось, что промысел продолжался до 18 сентября. Рыбакам любителям в эти дни редко кому повезло. Не было кижуча и после ухода рыбопромысловиков с реки.

Получается, что рыболовы покупали лицензии на лов кижуча по существу в пустой реке. Более того стоимость одной лицензии была увеличена с 200 до 500 рублей.

Весенний голец на верховьях реки Большая.
Весенний голец на верховьях реки Большая. Фото: Из личного архива/ Александр Терещенко

Ненужные рекорды

Пришествие капитализма в конце 20-го века привнесло настоящую беду – разделение рек на рыболовные участки, узаконенное промышленное рыболовство в нерестовых реках и прилегающих к ним акваториях морей. Опытные кадры инспекторов рыбвода и учёных КамчатНИРО были заменены пришлыми «специалистами». Рыбопромышленникам была предоставлена полная свобода действий… по уничтожению лосося и его воспроизводства. Выловы последних лет бьют рекорды советских времён, хотя на прилавках местных рынков рыба недоступна по цене большинству жителей.

Весомую лепту в уничтожение лосося внесло браконьерское сообщество. Более двух долгих десятилетий власти безуспешно «боролись», а фактически делали вид, что борются с браконьерами, которые без опаски работали «среди белого дня». В какой-то мере понять власти можно. Не просто трудоустроить людей, брошенных государством, сменившим социально-экономический строй. Закрылись и стали ненужными сотни заводов и предприятий, оставив тысячи людей без работы. Каждый в 90-х выживал, как мог. На Камчатке был востребован ресурс – рыба, икра. Вот и не трогали браконьеров, самостоятельно зарабатывающих своим семьям на жизнь.

На обратном пути мы заехали на рыборазводный завод «Озерки» на реке Плотникова (приток Большой, которую образуют реки Быстрая и Гольцовка). Разговаривали с главным инженером завода Гилёвым Александром Ивановичем. Он рассказал, что  на протяжении пяти последних лет кижуча нет ни в реке Плотникова, ни рядом с заводом в нерестовом озере Кижучёвом, ни в реке Быстрой. Он туда просто не доходит. Сквозь сетные порядки прорываются лишь единичные  особи.

По сообщению краевого минрыбхоза (на начало октября) - изъятие кижуча в бассейне реки Большой и прибрежной морской акватории составило 5 тыс. тонн. Учитывая  угнетённое общее состояние вида, необходимо было пропустить производителей на нерестилища в количестве не менее 50% от общего вылова. Но этого, как видим, не произошло, как не происходило и в предшествующую пятилетку.

Буду не далёк от истины, если предположу, что наши рыбалки в октябре месяце на гольца были безуспешными из-за отсутствия в реке Большой нерестового кижуча (голец постоянный спутник лососей).

По мнению бывшего заместителя начальника «Камчатрыбвода» В. Пинигина, полное изъятие промыслового и нерестового запаса кижуча должно повлечь за собой осознание безвозвратной потери естественного воспроизводства соответствующего поколения рыб, а также непредсказуемый по своим последствиям дисбаланс экологического состояния не только для бассейна реки, но и прилегающих территорий.

Добавим, на этой территории только медведей, жирующих на кижуче перед зимним залеганием в берлоги, насчитывается несколько тысяч особей. Не потому ли косолапые стали частыми гостями в Усть-Большерецке и других населённых пунктах? Голод не тётка, он толкает некогда крайне осторожного зверя на встречу с человеком.

Лов корюшки, река Большая. 80-е годы.
Лов корюшки, река Большая. 80-е годы. Фото: Из личного архива/ Александр Терещенко

«Зубастая» корюшка

Кратко остановлюсь на корюшке. Был в п. Октябрьском с товарищами зимою три раза. Ловили на Большой, начиная от бывшего рыболовецкого колхоза им. Октябрьской революции и кончая неподалёку от устья, а также на озере Большом. Результат - не более трёх десятков небольших корюшек на двоих за один день рыбалки. Это ещё хорошо. Три года назад в новогодние каникулы я рыбачил с сыном, его женой и двумя внуками, прилетевшими специально на корюшинную рыбалку из Петербурга. Изъездили всю Большую – за три с половиной дня ни одной поклёвки! Все надежды показать внукам прелести настоящей камчатской зимней рыбалки пошли прахом.

С их отцом, тогда ещё школьником, мы в середине 80-х на Новый год часто рыбачили напротив упомянутого колхоза, ловили по полтора - два мешка отличных «зубарей».

Корюшка, как и голец давно стали объектами промысла. Ещё бы! Килограмм вяленой зубатки стоит тысячу и более рублей (дороже чавычи). О былых уловах корюшки остались лишь одни воспоминания и фотографии. В то время никаких запретов выезда на лёд автомобилей не было. Зато рыбка, пахнущая свежим огурцом, была вне интересов рыбодобывающих предприятий и организаций, на радость нам, рыбакам-любителям.

Повторяем чужие ошибки

Но вернёмся к нашему лососю. По сообщениям СМИ на Камчатке планируется построить десятки рыборазводных заводов, чтобы компенсировать перелов дикого лосося. Из столетней практики рыборазведения лососей в США известно, что выживаемость искусственно выращенных мальков тихоокеанских лососей в два раза ниже, чем в естественных условиях. Никакие рыборазводные заводы не могут заменить естественную среду их обитания. Не повторять горький опыт США настойчиво рекомендуют ведущие учёные (см. книгу Джима Лихатовича «Лосось без рек». История кризиса тихоокеанских лососей). Зачем же повторять ошибки?

Лов весеннего гольца на блесну в низовьях реки Быстрая, 80-е годы.
Лов весеннего гольца на блесну в низовьях реки Быстрая, 80-е годы. Фото: Из личного архива/ Александр Терещенко

По мнению В. Пинигина, предотвращение катастрофы, связанной с перепромыслом всех видов лососей, требует немедленного принятия мер. Нанесённый государству ущерб должен быть возмещён, а виновные наказаны.

В заключение хочется отметить, что ни одному царю не пришла в голову мысль разделить и раздать реки частным предпринимателям. Сейчас местные жители вынуждены покупать у них лицензии в надежде поймать рыбу для собственного потребления. Если бы такое случилось, возможно, всё прогрессивное человечество отмечало бы не 100-летний юбилей Великой Октябрьской революции, а более «взрослую» дату.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Могут ли на Камчатке начинающие бизнесмены получить консультации?
  2. Проходят ли на Камчатке обучающие семинары для предпринимателей?
  3. Почему камчатцам летом приходят квитанции за отопление и снегоочистку?