aif.ru counter
Ульяна Бакуменко 0 306

«Я теперь моряк!». Журналист «АиФ-Камчатка» на себе испытала рыбацкие будни

Корреспондент с командой моряков шесть дней путешествовала на сейнере-траулере, добывающем лосось на севере Камчатки.

Летом «Громобой» доставляет в Петропавловск охлаждённого лосося.
Летом «Громобой» доставляет в Петропавловск охлаждённого лосося. © / Ульяна Бакуменко / АиФ

«Сергей Геннадьевич, я уже почти четыре года работаю с колхозом, а в море не была никогда. Отправьте меня куда-нибудь, хоть на пару денёчков», – щебетала я на протяжении месяца в телефонную трубку начальнику отдела кадров рыболовецкого колхоза им. В. И. Ленина Сергею Арабею. При этом  клятвенно обещала, что ныть, болтать без умолку и путаться под ногами у экипажа не буду».

Сергей Геннадьевич после моих длительных уговоров, наконец, сдался. Но для проформы постращал, что рыбный запах намертво вцепится мне в волосы, и избавиться от него будет очень сложно. Сказал везти ему копию паспорта и быть готовой приехать на пирс в любую минуту.

Желание своими глазами увидеть, как ведётся добыча красной рыбки, оказалось сильнее планов на выходные, поэтому я ничего не загадывала больше, чем на сутки и терпеливо ждала звонка. Старший помощник капитана СТР «Громобой», на котором мне и предстояло провести пять дней, дозвонился до меня в девять вечера 19 июля и сказал к шести утра быть на пароходе. Моё увлекательное путешествие начиналось меньше, чем через 12 часов.

«Шконка» с Wi-Fi

Желание болтаться по волнам несколько дней для девушки, которую укачивает даже на заднем сидении автомобиля – довольно странное, но журналистское шило в противоположном от головы месте покоя не давало. Уже сейчас, спустившись на берег, не устану благодарить команду «Громобоя», которая сделала моё путешествие максимально комфортным, насколько это возможно на рыболовецком судне.

«Громобой» считается «молодым».
«Громобой» считается «молодым». Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

Рано утром 20 июля матрос Алексей Дунаев освободил для меня свою каюту и гостеприимно предложил располагаться. Обстановка, хоть и нехитрая, но уютная: кровать, которую здесь по-моряцки называют «шконкой», над ней – план обязанностей по тревоге, стол, диван, санузел с горячей водой. А главное – чистота, так что смело можно было разуваться. Кстати, на «Громобое» снимают «корабельные» тапочки при входе в любое помещение, а уличную обувь оставляют у входа сразу, как только поднимаются на трап.  Так что за всё время моего путешествия ни одни белые носочки почти не пострадали. Шутка, конечно, но представительницы прекрасного пола поймут, насколько это важно.

В довершении всего, на судне есть вай-фай и спутниковое телевидение, так что я смогла позвонить домой и гордо произнести заранее заготовленную фразу: «Мама, я теперь моряк!».

- «Громобой» – это сейнер-траулер, он был построен в 2000 году в Португалии, и, по современным меркам судостроения, считается «молодым», - рассказывает мне капитан судна Иван Скобелев. – Эксплуатировался он в Норвегии, а в 2016 году колхоз приобрёл судно. Это была очень выгодная покупка, потому что сейнер почти универсален. На нём можно вести промысел тралом и кошельковым методом, зимой мы ловим минтай, камбалу, скумбрию, сельдь иваси, летом привозим в Петропавловск охлаждённого лосося. Именно поэтому наши рейсы сейчас такие непродолжительные – на береговой фабрике колхоза технологи ждут свежую красную рыбу. Наша задача доставить её на берег в лучшем виде, и оборудование сейнера позволяет это сделать.

Сейнер почти универсален.
Сейнер почти универсален. Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

Флотские традиции

«Женщина на корабле – это к беде», – так говаривали моряки в старые времена, но сейчас всё изменилось. Сегодня в экипажи судов активно зачисляют представительниц прекрасного пола, но на «Громобое» коллектив полностью мужской. Мне не хотелось, чтобы именно в моём присутствии старая примета «заработала», поэтому я искренне просила море быть спокойным. Просьбы, как будто, были услышаны, и момент отчаливания «Громобоя» от берега я даже не заметила. Когда случайно посмотрела в иллюминатор – сейнер уже почти полчаса резал морскую гладь.

Мирный завтрак прервал голос капитана, который предложил мне очень быстро подняться на мостик. Не мешкала ни секунды и была вознаграждена настоящим шоу китов, которые как по команде били хвостами и пускали фонтаны, чтобы я успела запечатлеть их на камеру мобильника под собственный визг восторга.

Переход до Карагинского района Камчатки, где в «Громобой» и должны были перегрузить около 200 тонн лосося, занял у нас почти двое суток. Самое время устроиться поудобнее и слушать бесконечные истории о покорении волн.

Рыбацкие будни.
Рыбацкие будни. Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

- Есть у моряков славная традиция – оморячивание, – рассказывает мне во время своей вахты на капитанском мостике старпом Роман Сараев. – Когда кто-то из членов экипажа впервые пересекает экватор, в честь него на пароходе устраивается праздник, а новички, по традиции, выпивают плафон морской воды и купаются за бортом. Пересекали мы нулевую параллель Земли, когда шли из Норвегии, и славно тогда повеселились. Купались в Атлантическом океане, просили у Нептуна разрешения бороздить по морям и океанам. Кому-то это может показаться дурачеством, но традициями силён российский флот.  Даже сейчас, когда суда напичканы автоматикой и умными компьютерами – стараемся их соблюдать.

- И суеверия?

- Не без этого. Камчатские моряки, уходящие в длительный рейс, обязательно кидают монеты у Трёх братьев, чтобы улов был богатым, а возвращение – скорым. Стараемся не выходить в море в понедельник, а если уж пришлось – максимально долго стоим на рейде, чтобы выйти за «ворота» только после полуночи. Никто толком и не знает, что будет, если выйти в море в понедельник, но проверять особо никому не хочется.

Камчатские моряки кидают монеты у Трёх братьев.
Камчатские моряки кидают монеты у Трёх братьев. Фото: Commons.wikimedia.org

Для многих камчатцев море – это не только уверенность, стабильный заработок, но и шанс увидеть мир. «Громобой» недавно ремонтировался в Пусане, и после заграничных рейсов моряцких историй у каждого члена экипажа – по парочке. А когда же ими ещё делиться, как не во время длительных переходов? Подслушать несколько удалось и мне.

– Корейцы – народ трудолюбивый, ещё до рассвета начинают работать, суету наводить, – рассказывает мне второй помощник капитана Павел Ткаченко. – Только еда у них отвратная, наш кок хоть научил их шашлыки по-человечески жарить. А то так бы и жевали свою ким-чи круглыми сутками. Ким-чи (корейское блюдо, представляющее собой остро приправленную пекинскую капусту. Прим. ред.), кстати, вкусная, набрали себе на пароход несколько коробок. Вообще, историй в каждом заграничном рейсе много, да не все они для дамских ушей (смеётся). Пойдёмте обедать лучше.

Кормят на судне отменно!
Кормят на судне отменно! Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

Расхолаживаться некогда

Я, как человек, любящий вкусно и плотно покушать, не могу не рассказать о коке Петре Воронкове. Перед выходом в океан искренне надеялась потерять в рейсе парочку килограммов из-за качки и отсутствия аппетита, но проявлений морской болезни не было, а вот аппетит – отменный. И на этом судне не может быть по-другому: ну кто устоит перед ароматными кушаньями, мастерски приготовленными талантливым поваром? Схуднуть мне не удалось, а вот привезти домой тройку килограммов – легко и с удовольствием. Так что кормят моряков на судах колхоза по высшему разряду. Оценено моими сложно застёгивающимися джинсами.

Рыбацкие будни на
Рыбацкие будни на камбузе. Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

Но членам экипажа держать себя в форме проще – даже во время переходов им приходится решать текущие задачи, которые на пароходе не заканчиваются. Во время моего рейса, например, из строя вышел главный насос, засасывающий рыбу, и у команды было всего пара дней, чтобы разобраться с проблемой.

- Пароход очень «умный», мы не бегаем теперь, не откручиваем болты и гайки, а нажимаем на кнопку компьютерной мышки и за всем происходящим в трюме наблюдаем на мониторе, – рассказывает старший механик Дмитрий Зиборов. – Я долгое время проработал на другом судне колхоза – БМРТ «Сероглазка», это наш российский траулер, постарше «Громобоя», и работать руками там приходилось больше. Здесь же судно напичкано автоматикой, но случись что – руки вспомнят. Сейчас крутим-вертим вышедший из строя насос, думаем, как решить проблему. Ремонтируем оборудование прямо на палубе, потому что во время красной путины – расхолаживаться некогда.

Минутка на отдых.
Минутка на отдых. Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

Вообще, споры о том, какие суда лучше – отечественные или заграничные, то и дело разгорались в кают-компании по вечерам. У каждого члена экипажа – свой опыт и своё любимое судно, отстаивать которое здесь принято до победного. А вот у матроса Виктора Герасимова моряцкого опыта на рыболовецком сейнере – пока немного, зато есть опыт службы на подводной лодке. Как признаётся сам молодой человек – здесь всё проще:

- В Минобороне я один контракт отслужил: первый и последний, – говорит Виктор. – Были на то свои причины, а здесь мне нравится стабильность, уверенность, по зарплате не обижают, да и на полном обеспечении находишься во время рейса. Можно и подкопить чуть деньжат. Есть у меня идея по созданию своего ютуб-канала, так сказать, реалити из жизни моряка. Нужно обговаривать с руководством, конечно, но мне кажется, что это было бы многим интересно. Вы же зачем-то решили рассказать о наших буднях читателям своей газеты?..

Но объяснить, зачем это нужно, я уже не успела. Мирное покачивание «Громобоя», море впечатлений и плотный ужин действует лучше любого снотворного…

Работа кипит.
Работа кипит. Фото: АиФ/ Ульяна Бакуменко

Продолжение следует

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Сделают ли дорогу на Мишенную сопку в Петропавловске?
  2. На какие нужды камчатские семьи могут потратить материнский капитал?
  3. Могут ли на Камчатке начинающие бизнесмены получить консультации?